• 02:22
  • 30 мая 2024
  • Чт

«Иноагенты, санкции и банки».
Интервью с послом США Лесли Вигери

Tazabek
19:20, 8 марта 202420336

Посол Соединенных Штатов Америки в Кыргызской Республике Лесли Вигери рассказал Tazabek о возможных последствиях принятия закона об иноагентах, санкциях против кыргызских компаний, экспорте IT-продукции в США и возможности установления корреспондентских отношений между банками двух государств.

Президент Кыргызстана Садыр Жапаров попросил госсекретаря США Энтони Блинкена не вмешиваться во внутренние дела страны. Каковы ваши комментарии?


Это стандартная дипломатическая практика, когда дипломатическая переписка руководства двух государств считается конфиденциальной. Поэтому я не буду комментировать конкретное содержание какой-либо корреспонденции между нашими правительствами.

Но я могу сказать, что правительство США по-прежнему будет привержено открытому диалогу с Кыргызской Республикой по всему спектру вопросов, включая нашу веру в то что наличие свободной прессы и динамичного гражданского общества,  является важнейшим составляющим любой демократии.

Если парламент Кыргызстана примет Закон об иностранных агентах, насколько это ограничит помощь США через местные неправительственные организации?

Прежде всего позвольте мне внести ясность в то, что США по-прежнему привержены оказанию помощи, которая приносит пользу кыргызскому народу. Это, своего рода, наш базовый принцип. Но было бы упущением не отметить факт того, что данный закон может ограничить наши возможности для помощи.

В конце концов, это зависит от того, какая версия закона будет принята. Он все еще находится на рассмотрении в парламенте.

Большая часть помощи, которую Соединенные Штаты предоставляют Кыргызстану, проходит через НПО. Это партнеры-исполнители. Если НПО не смогут работать, то мы не сможем оказывать помощь кыргызстанцам.

Это означает, что наша способность обеспечивать школьников горячим питанием и учебниками, оказывать необходимую медицинскую помощь для лечения опасных заболеваний, или работать с кыргызскими фермерами над увеличением экспорта сельскохозяйственной продукции и поддерживать переход к новой, более экологически устойчивой экономике — все это будет потенциально ограничено данным законодательством.

Я думаю, что иногда мы утопаем в спорах из действительно необоснованных обвинений в адрес так называемых «грантоедов». НПО, которые мы поддерживаем, оказывают помощь реальным кыргызстанцам. Это происходит не только здесь, в Бишкеке, но и во всех регионах.

Расскажите о товарообороте между нашими странами в 2023 году? Как он изменился и почему?

Я бы сказал, что на самом деле в наших двусторонних отношениях все довольно радужно, потому что товарооборот между США и Кыргызской Республикой неуклонно растет. В 2023 году экспорт США в Кыргызстан составил $141 млн, что на 56% больше, чем в предыдущем году. Импорт в Соединенные Штаты из Кыргызской Республики составил $12,7 млн, обеспечив 35% роста. Так что мы наблюдаем развитие торговых отношений.

Я полагаю, это отражает факт наличия большого потенциала в американо-кыргызских торговых отношениях. В частности в таких областях как IТ-сектор и цифровые индустрии. Мы находимся далеко от Соединенных Штатов, когда сидим здесь, но расстояние не имеет значения, когда речь идет об экспорте программного обеспечения или обработке данных в бэк-офисе, которые позволяют, сидя в Кыргызстане, экспортировать продукты в Соединенные Штаты или предоставлять услуги. 

Две недели назад я был в Парке высоких технологий. Там я обнаружил, что США – крупнейший и наиболее быстрорастущий рынок для компаний-резидентов парка. На США приходится около 40% их экспорта. Я думаю, это довольно впечатляюще. Еще больше впечатляет то, что Парк высоких технологий прогнозирует общий объем экспорта программного обеспечения и интеллектуальной собственности до $200 млн в 2024 году. Большая часть этого будет направлена в США.

$200 млн означают, что экспорт в IT находится на одном уровне с экспортом текстильной и сельскохозяйственной продукции. Это то что, на мой взгляд, не получает достаточного освещения в прессе или внимания у общественности — факт, что Кыргызстан становится IТ-державой в Центральной Азии. 

Что делают США для поддержки бизнеса и предпринимателей в Кыргызстане? Назовите американские компании, заинтересованные в крупных инвестиционных проектах в республике.

В Кыргызской Республике уже работает ряд американских компаний. Это хорошо известные компании в сфере услуг, как KFC или Hyatt, которые являются франшизами.

Есть и другие, например, Coca-Cola предоставляет множество услуг, которые ценны для других компаний, а не только производит напитки. John Deere (Deere & Company) — крупный производитель тракторов. Они предоставляют контракты на обслуживание сельскохозяйственной техники.

Я действительно думаю, что для США и Кыргызстана важно определить сферы экономики, где есть потребность в американских компаниях, и то, какие компании могли бы удовлетворить эти потребности. Я провожу много времени, работая с американскими фирмами и торговыми ассоциациями, чтобы продемонстрировать возможности на рынке Кыргызстана.

Два дня назад я провел онлайн беседу со своими коллегами, послами США в Узбекистане и Таджикистане, с 91 компанией и университетами в Соединенных Штатах, которые очень заинтересованы в разработке критически важных минералов (полезных ископаемых).

У них было много вопросов о бизнес-среде, конкретные вопросы о законодательстве Кыргызстана в недропользовании и горнорудной сфере, о том, какие здесь есть потенциальные возможности. Я думаю, что они значимы.

Надеюсь, что это приведет к появлению большего числа американских компаний, заинтересованных в предоставлении услуг здесь, поскольку Кыргызстан сегодня стремится разрабатывать важнейшие полезные ископаемые на своей территории.

Другой нашей деятельностью является поддержка обучения английскому языку в этой стране. Я вижу, что английский язык открывает двери для многих кыргызстанцев, которые хотят участвовать в глобальной экономике. 60% интернета на английском языке. Сделав использование английского языка комфортным для людей, мы поможем им работать не только с американскими фирмами, но и со многими фирмами во многих других частях мира. Международным языком ведения бизнеса является английский.

Наши усилия по продвижению обучения английскому языку являются лишь одним из способов стимулирования роста экономики Кыргызстана. Это тоже означает рабочие места и инвестиции.

Какую работу правительство США проводит с государственными органами Кыргызстана и частным сектором для предотвращения обхода санкций?

24 февраля отмечается вторая годовщина полномасштабного вторжения в Украину. Для чего предназначены санкции? Они касаются узкой категории товаров — около 45 согласованных кодов ТН ВЭД.

Санкции не предназначены для того, чтобы помешать Кыргызстану поддерживать экономические отношения с Россией. Мы не преследуем такую цель.

Они сосредоточены на этих 45 пунктах, таких, как авиационные детали, печатные платы и другие предметы, которые, как считаем мы и наши партнеры, включая Европу, Японию и Южную Корею, используются для вооружения. Эти компоненты двойного назначения были обнаружены в российском вооружении, найденном на поле боя.

Мы очень внимательно следим за тем, не допускают ли страны параллельный экспорт. Я хочу подчеркнуть, что речь идет всего лишь о 45 наименованиях. Дело не в огромном объеме торговли, который, вероятно, возник из-за санкций в Европе. Это не столь важно. Действительно важно то, что мы заботимся о предотвращении потенциального параллельного экспорта в Россию, который обеспечивает российскую армию.

23 февраля Министерство финансов США ввело санкции против кыргызской компании ОсОО «Укон» (Ucon LLC). Она отправляла компоненты и запчасти для самолетов  в Россию, нарушая законодательство США об экспортном контроле. Вот почему эта компания была включена в санкционный список.

Министерство финансов США также ввело санкции против российской акционерной компании «Национальная система платежных карт», через которую работает платежная система «МИР». Россия использовала ее для создания своей финансовой инфраструктуры, чтобы избежать других санкций. Вот почему мы ввели санкции против «МИР».

Я должен упомянуть еще две кыргызские компании, которые были добавлены в санкционный список (Министерства торговли) :

ОсОО «Мюллер Маркт» (Profflab LLC)
ОсОО «ПроффЛаб» (Muller markt LLC)

Эти компании тоже были уличены в отправке товаров в Россию. 

Поясню как осуществляли свою деятельность эти компании. Такие компании часто заказывают товары у поставщиков в Соединенных Штатах, Европе, Южной Корее или Японии, предоставляя неверную информацию о конечном потребителе.

Наши правоохранительные органы преследуют компании, которые не обращают достаточного внимания на то, какие заказы они получают на эти товары, в случае если они направляются в Кыргызстан.

Как это работает? Итак, компания заказывает какую-то деталь, она поступает сюда, а затем ее немедленно переотправляют в Россию. Эти авиационные запчасти не используются ни для одного самолета в Кыргызстане. Они направляются для российских самолетов. Это прибыльная сфера, поскольку Россияне готовы платить больше обычного, чтобы получить эти товары.

Как именно вы работаете с правительством Кыргызстана? 

Мы довольно часто обращаемся к кыргызским властям, когда у нас появляется информация. Мы делаем это на опережение. Если мы получаем информацию о том, что какая-то кыргызская компания замешана в реэкспорте, то обращаемся к правительству и предупреждаем их, предлагая принять меры отношении этих компаний.

Cегодня, как я узнал из новостей, две компании, которые мы выявили еще в июле, уже ликвидированы здесь  юридически. Это именно то, что мы хотели бы видеть — выведение этих предприятий из бизнеса, потому что их единственная цель — выступать в качестве посредников.

Не все, но большинство из таких компаний часто оказываются созданы россиянами. Они были созданы после февраля 2022 года: люди зарабатывают деньги.

Мы ожидаем, что правительство Кыргызстана обратит внимание на эти вопросы. Учитываем, что руководство уже учредило межведомственную структуру для тщательного изучения некоторых из подобных транзакций.

Помимо всего вышесказанного, мы проводим обучение. Предпочитаем информировать людей в правительстве, в частности в финансовом секторе, других секторах экономики о том, на что мы нацелены, почему нас это волнует и какие транзакции должны вызывать у них беспокойство.

Цель заключается не в том, чтобы наказать кыргызские компании, а в предотвращении реэкспорта очень узкой категории товаров. Люди, иногда запутавшись, думают, будто США хотят, чтобы Кыргызстан не имел экономических отношений с Россией. Это неправда. Было бы нелепо просить об этом Кыргызстан.

Есть ли у вас планы по проведению подобных программ обучения для работников финансового сектора и банков?

Да, есть. Это более специфическое техническое обучение, в частности, для банков. У них есть концепция, которая называется «знай своего клиента». Им нужно знать, с кем они имеют дело, чтобы не столкнуться с проблемами из-за санкций.

Это техническое образование, о работе в различных электронных банковских системах. Однако, есть одна вещь, которой действительно желает Кыргызстан и о которой меня часто спрашивают власти Кыргызстана — это заключение корреспондентских отношений с банком США, что, как я думаю, также позитивно сказалось бы на отношениях, поскольку это позволит банкам использовать транзакции, облегчающие торговлю.

Это помогло бы им легко совершать транзакции с финансовой системой США, а не цепляться за множество «крючков». Я думаю, что это здорово, и мы это поощряем.

Но если банки участвуют в транзакциях, которые, как мы думаем, нарушают санкционный режим, то ни один банк США не будет заинтересован в таких отношениях с каким-либо кыргызским банком. 

Это продолжающаяся дискуссия. Она является важным показателем того, насколько мы хотим поддерживать экономическое развитие Кыргызстана, но в то же время обеспокоены тем, в каком виде идет взаимодействие с российскими банками.

Есть по крайней мере один банк в США, который заинтересован в корреспондентских отношениях, и, безусловно, мы поощряем это.

В конце концов, это частная компания. Они сами принимают свои решения. Они смотрят на размер рынка, а рынок Кыргызстана относительно невелик.

Они смотрят на то, как кыргызские банки действуют в соответствии с международными финансовыми стандартами. У них также есть обеспокоенность касательно принципа «Знай своего клиента». Итак, все это влияет на то, как банк принимает решение. Банк тоже хочет зарабатывать деньги.


Закрыть  Закрыть
Комментарии будут опубликованы после проверки модератором.
Для добавления комментария необходимо быть нашим подписчиком
Популярные

up

×